Сайт использует файлы «cookie». Оставаясь на нашем сайте вы даете согласие на сбор и обработку ваших персональных данных, в том числе с помощью сервиса веб-аналитики «Яндекс.Метрика», а также соглашаетесь с политикой конфиденциальности. Вы можете запретить обработку cookies в настройках браузера.

Принимаю

Иконы мастеров Оружейной палаты: живоподобный стиль царских изографов

Царская мастерская, изменившая иконопись

Оружейная палата в Московском Кремле была не просто хранилищем оружия. Это было крупнейшее государственное учреждение, где сосредоточились изготовление, закупка и хранение оружия, драгоценностей и предметов дворцового обихода. В 1640 году при Оружейной палате была создана иконописная мастерская, а в 1683 году появилась живописная мастерская.

Именно здесь работали лучшие русские мастера, которых называли «жалованными изографами». Они обеспечивались ежемесяшным жалованием и продуктами. Расцвет иконописной мастерской приходится на 1655−1680-е годы. В 1711 году большинство мастеров было переведено в Петербург, и Оружейная палата потеряла своё производственное значение, став только хранилищем.

«Живоподобный» стиль: новое слово в иконописи

Именно изографы Оружейной палаты выработали в 1650—1660-х годах новый стиль, который впоследствии получил название «живоподобный». Это было авангардное художественное явление для своего времени. Его появление означало решительный перелом в развитии искусства и нарушение прежней символической средневековой концепции образа.

Что отличает иконы Оружейной палаты?

Объёмность ликов. В личном письме мастера акцентировали объёмность формы и её светоносность. Лики святых приобрели округлость, мягкие переходы светотени. Пропорции стали анатомически правильными.
Детализация. Фоновые строения выписывались детально и напоминали архитектуру на западноевропейских гравюрах. В одеждах появились тонкие складки.

Тональный колорит. Мастера отошли от традиционного понимания красочного пятна и перешли к тональному колориту, более характерному для живописи Нового времени.

При этом художественный мир образов, созданных мастерами Оружейной палаты, исполнен торжественности, покоя и величия. Стиль сочетал классические основы православного искусства и заимствованные из европейской традиции иконографические мотивы.

Система обучения в Оружейной палате

Администрация палаты решала вопросы, связанные с принятием новых учеников, назначением обучающих мастеров. Она же контролировала процесс обучения, наказывая нерадивых учеников и награждая тех, кто демонстрировал успехи. Срок обучения в мастерских не регламентировался и мог составлять от 6 до 10 лет. В ряде случаев ученики, не меняя своего статуса, работали в палате более 10 лет .

Содержание учеников живописцев и иконописцев осуществлялось из средств Оружейной палаты. Они получали денежный корм, а также регулярно жаловались верхним и нижним платьем. Как и жалованные мастера, ученики Оружейной палаты пользовались определенными привилегиями. В частности, они получали различные пожалования к праздникам, за исполнение дворцовых заказов и просто «за много работу». Кроме того, ученикам выделялась земля и деньги на дворовое строение, а иногда жаловались сами дворы .
В конце XVII — начале XVIII века происходит фактическая ликвидация системы профессиональной подготовки мастеров иконописи и живописи. В начале 90-х годов был сокращен штат учеников-иконописцев, а в 1700—1701 годах из палаты отчислена и большая часть учеников-живописцев.

Главные имена: кто работал в Оружейной палате

Имена многих мастеров Оружейной палаты сохранились в документах и на подписных иконах. Вот наиболее известные изографы.

Симон Ушаков (1626−1686) — ключевая фигура. По происхождению Симон Ушаков был московским дворянином. В 1648 году его имя впервые упоминается в делопроизводственных документах царских мастерских. Он служил знаменщиком Серебряной палаты, создавал рисунки, по которым работали ювелиры и вышивальщицы. Поступил на службу в Оружейную палату в 1664 году и до конца жизни оставался ведущим царским иконописцем. Ушаков переосмыслил главные русские святыни: написал свои варианты «Святой Троицы», «Владимирской иконы Божией Матери», «Святителя Николая Чудотворца». Он интересовался западноевропейской гравюрой и пытался привить некоторые приёмы портретного искусства иконописи.

Икона «Христос Вседержитель» (1663) — одна из ранних работ Ушакова, выполненная до поступления в штат царской иконописной мастерской. Исследователи считают эту икону «одним из предельных достижений нового, „живописного“ начала в творчестве Симона Ушакова». Надпись на нижнем поле гласит: «7171 (1663) год (у) писал зограф Пимин зовомыи Симон Феодоров с (ы)н Ушаков по обещанию околничего Василия Семеновича Волынского» .
Мечта о собственном «белом золоте» владела умами европейских монархов. Для Петра I это было делом престижа, для Елизаветы Петровны — необходимостью, а для Екатерины II — мощным политическим инструментом. Но путь к созданию русского фарфора оказался тернист: неудачные опыты на фаянсовой фабрике купца Гребенщикова, многолетние безуспешные попытки приглашенных европейских «арканистов» (так называли хранителей секрета фарфора) и грандиозная по тем временам сумма в 6 000 рублей, уплаченная швейцарцу Гунгеру за пять лет бесплодной работы. Казалось, тайна фарфора для России так и останется недосягаемой. Все изменилось, когда к делу приступил русский гений. Его звали Дмитрий Иванович Виноградов, и именно ему принадлежит заслуга изобретения отечественного фарфора. Гений Виноградова: первый рецепт и первая марка
Никита Павловец — один из ближайших сотоварищей Ушакова. Выходец из села Павловского близ Нижнего Новгорода, Никита Иванов сын Ерофеев, по прозванию Павловец, был принят в Оружейную палату в 1668 году. По отзыву Симона Ушакова, «он, Никита, иконного художества в письме мастер». До самой смерти иконописец работал под руководством Симона Ушакова. В 1674 году они вместе пишут иконы для подмосковной церкви в селе Алексеевском. Мастер «мелочного» письма, унаследовавший традиции строгановской школы.

В настоящее время известны 12 подписных работ мастера. Самые известные работы:

1. Икона «Никола Чудотворец» (конец XVII века) — самая ранняя из известных работ Никиты Павловца, созданная им еще во время пребывания на родине. Святой Николай изображен по пояс с раскрытым Евангелием в левой руке и благословляющей правой. По сторонам изображены стоящие на облаках Иисус Христос и Богоматерь .
Мечта о собственном «белом золоте» владела умами европейских монархов. Для Петра I это было делом престижа, для Елизаветы Петровны — необходимостью, а для Екатерины II — мощным политическим инструментом. Но путь к созданию русского фарфора оказался тернист: неудачные опыты на фаянсовой фабрике купца Гребенщикова, многолетние безуспешные попытки приглашенных европейских «арканистов» (так называли хранителей секрета фарфора) и грандиозная по тем временам сумма в 6 000 рублей, уплаченная швейцарцу Гунгеру за пять лет бесплодной работы. Казалось, тайна фарфора для России так и останется недосягаемой. Все изменилось, когда к делу приступил русский гений. Его звали Дмитрий Иванович Виноградов, и именно ему принадлежит заслуга изобретения отечественного фарфора. Гений Виноградова: первый рецепт и первая марка
2. Икона «Троица Ветхозаветная» (1671) — композиция мастерски вписана в круг доски . Произведение Никиты Павловца отличается тонким и изысканным мастерством, миниатюрностью письма. Иконописец обильно использует позолоту, которая как бы подцвечивает все остальные краски, создавая великолепную красочную гамму .

Мечта о собственном «белом золоте» владела умами европейских монархов. Для Петра I это было делом престижа, для Елизаветы Петровны — необходимостью, а для Екатерины II — мощным политическим инструментом. Но путь к созданию русского фарфора оказался тернист: неудачные опыты на фаянсовой фабрике купца Гребенщикова, многолетние безуспешные попытки приглашенных европейских «арканистов» (так называли хранителей секрета фарфора) и грандиозная по тем временам сумма в 6 000 рублей, уплаченная швейцарцу Гунгеру за пять лет бесплодной работы. Казалось, тайна фарфора для России так и останется недосягаемой. Все изменилось, когда к делу приступил русский гений. Его звали Дмитрий Иванович Виноградов, и именно ему принадлежит заслуга изобретения отечественного фарфора. Гений Виноградова: первый рецепт и первая марка
Фёдор Зубов — жалованный иконописец, работавший вместе с Ушаковым. Родился в селе Усолье Камское (ныне Соликамск). В 1662 году прибыл в Москву по царскому указу и был назначен одним из пяти жалованных мастеров Оружейной палаты . Считался одним из лучших мастеров Оружейной палаты. С 1683 года работал в Новодевичьем монастыре . Его произведения отличаются изощрённой декоративностью и исключительной красотой колорита. Зубов стремился к «живоподобию», но предпочитал мягкий, сглаженный объём без резких тональных контрастов .

Самые известные работы Фёдора Зубова:

1. «Иоанн Предтеча — Ангел пустыни» (середина XVII века), Иоанн Предтеча изображён в символическом типе Ангела пустыни — с ангельскими крыльями, в одеждах пустынника-аскета

Мечта о собственном «белом золоте» владела умами европейских монархов. Для Петра I это было делом престижа, для Елизаветы Петровны — необходимостью, а для Екатерины II — мощным политическим инструментом. Но путь к созданию русского фарфора оказался тернист: неудачные опыты на фаянсовой фабрике купца Гребенщикова, многолетние безуспешные попытки приглашенных европейских «арканистов» (так называли хранителей секрета фарфора) и грандиозная по тем временам сумма в 6 000 рублей, уплаченная швейцарцу Гунгеру за пять лет бесплодной работы. Казалось, тайна фарфора для России так и останется недосягаемой. Все изменилось, когда к делу приступил русский гений. Его звали Дмитрий Иванович Виноградов, и именно ему принадлежит заслуга изобретения отечественного фарфора. Гений Виноградова: первый рецепт и первая марка
2. «Святители» (для церкви Ильи Пророка в Ярославле). Это одна из работ, созданных для церкви Ильи Пророка (1660–1662), которая заметно повлияла на становление ярославской иконописи .
Мечта о собственном «белом золоте» владела умами европейских монархов. Для Петра I это было делом престижа, для Елизаветы Петровны — необходимостью, а для Екатерины II — мощным политическим инструментом. Но путь к созданию русского фарфора оказался тернист: неудачные опыты на фаянсовой фабрике купца Гребенщикова, многолетние безуспешные попытки приглашенных европейских «арканистов» (так называли хранителей секрета фарфора) и грандиозная по тем временам сумма в 6 000 рублей, уплаченная швейцарцу Гунгеру за пять лет бесплодной работы. Казалось, тайна фарфора для России так и останется недосягаемой. Все изменилось, когда к делу приступил русский гений. Его звали Дмитрий Иванович Виноградов, и именно ему принадлежит заслуга изобретения отечественного фарфора. Гений Виноградова: первый рецепт и первая марка
Кирилл Уланов — ещё один мастер, чьи работы представляют школу Оружейной палаты. Уроженец костромских земель, поступил в Оружейную палату в 1688 году. Его иконы отличались нежностью движений, лиричностью, душевностью, смягченным изяществом форм и высочайшей одухотворенностью. Уланов славился своим миниатюрным письмом, в 1693 году расписывал минеи для царицы Натальи Кирилловны. К началу XVIII столетия, когда Петр основывает новую столицу и покидает Москву, работы для изографов Оружейной палаты уже нет. В 1701 году в ее штате числилось только двое иконописцев — Кирилл Уланов и Тихон Филатьев. Хотя деятельность царских иконописных мастерских была прервана, покинув Москву, Кирилл Уланов продолжал следовать их иконографическим и стилевым заветам .

Известные работы Кирилла Уланова:

1. «Богоматерь Владимирская» (начало XVIII века), Особенности: Камерное произведение с аристократической утончённостью и глубокой проникновенностью образа .
Мечта о собственном «белом золоте» владела умами европейских монархов. Для Петра I это было делом престижа, для Елизаветы Петровны — необходимостью, а для Екатерины II — мощным политическим инструментом. Но путь к созданию русского фарфора оказался тернист: неудачные опыты на фаянсовой фабрике купца Гребенщикова, многолетние безуспешные попытки приглашенных европейских «арканистов» (так называли хранителей секрета фарфора) и грандиозная по тем временам сумма в 6 000 рублей, уплаченная швейцарцу Гунгеру за пять лет бесплодной работы. Казалось, тайна фарфора для России так и останется недосягаемой. Все изменилось, когда к делу приступил русский гений. Его звали Дмитрий Иванович Виноградов, и именно ему принадлежит заслуга изобретения отечественного фарфора. Гений Виноградова: первый рецепт и первая марка
2. «Деисус, с избранными святыми» (рубеж XVII–XVIII веков) Особенности: Сложная многофигурная композиция, написана в московский период творчества мастера 
Мечта о собственном «белом золоте» владела умами европейских монархов. Для Петра I это было делом престижа, для Елизаветы Петровны — необходимостью, а для Екатерины II — мощным политическим инструментом. Но путь к созданию русского фарфора оказался тернист: неудачные опыты на фаянсовой фабрике купца Гребенщикова, многолетние безуспешные попытки приглашенных европейских «арканистов» (так называли хранителей секрета фарфора) и грандиозная по тем временам сумма в 6 000 рублей, уплаченная швейцарцу Гунгеру за пять лет бесплодной работы. Казалось, тайна фарфора для России так и останется недосягаемой. Все изменилось, когда к делу приступил русский гений. Его звали Дмитрий Иванович Виноградов, и именно ему принадлежит заслуга изобретения отечественного фарфора. Гений Виноградова: первый рецепт и первая марка
Тихон Филатьев — сын ярославского иконописца Ивана Филатьева, после смерти отца в 1678 году был определён на его место в Оружейную палату. Источники сообщают, что, по свидетельству Симона Ушакова и других мастеров, «иконное художество пишет он, Тихонко, отца своего мастерством лучше».

Филатьев — один из наиболее верных последователей Ушакова в «живоподобном» письме. Его пластическая передача формы уверенная, лики отличаются холодноватым оттенком с контрастными светотеневыми переходами. Он один из немногих мастеров Оружейной палаты, уделявших особое внимание пейзажу, который писал с любовью и натурностью.

Среди сохранившихся произведений:

1. Иконы «Богоматерь» и «Иоанн Предтеча» (1698) Иконы представляют собой две части деисусного чина — поясные изображения Богоматери и Иоанна Предтечи, входящие в трёхчастную композицию со Спасом Вседержителем. Филатьев, будучи одним из наиболее верных последователей Симона Ушакова, использовал в них характерные приёмы «живоподобного» письма. Фоном служит холмистый пейзаж с приземистыми деревьями, кустарниками и каменными постройками, что было новаторством для того времени .
Мечта о собственном «белом золоте» владела умами европейских монархов. Для Петра I это было делом престижа, для Елизаветы Петровны — необходимостью, а для Екатерины II — мощным политическим инструментом. Но путь к созданию русского фарфора оказался тернист: неудачные опыты на фаянсовой фабрике купца Гребенщикова, многолетние безуспешные попытки приглашенных европейских «арканистов» (так называли хранителей секрета фарфора) и грандиозная по тем временам сумма в 6 000 рублей, уплаченная швейцарцу Гунгеру за пять лет бесплодной работы. Казалось, тайна фарфора для России так и останется недосягаемой. Все изменилось, когда к делу приступил русский гений. Его звали Дмитрий Иванович Виноградов, и именно ему принадлежит заслуга изобретения отечественного фарфора. Гений Виноградова: первый рецепт и первая марка
Мечта о собственном «белом золоте» владела умами европейских монархов. Для Петра I это было делом престижа, для Елизаветы Петровны — необходимостью, а для Екатерины II — мощным политическим инструментом. Но путь к созданию русского фарфора оказался тернист: неудачные опыты на фаянсовой фабрике купца Гребенщикова, многолетние безуспешные попытки приглашенных европейских «арканистов» (так называли хранителей секрета фарфора) и грандиозная по тем временам сумма в 6 000 рублей, уплаченная швейцарцу Гунгеру за пять лет бесплодной работы. Казалось, тайна фарфора для России так и останется недосягаемой. Все изменилось, когда к делу приступил русский гений. Его звали Дмитрий Иванович Виноградов, и именно ему принадлежит заслуга изобретения отечественного фарфора. Гений Виноградова: первый рецепт и первая марка
2. Икона Божией Матери «Неувядаемый цвет» (1691) Один из самых ранних сохранившихся образов этого иконографического извода, основанного на текстах акафистов Богородице . Икона происходит из церкви Рождества Богородицы в Голутвинском переулке Москвы. Авторство подтверждено записью на иконе Спаса Вседержителя из того же храма .
Мечта о собственном «белом золоте» владела умами европейских монархов. Для Петра I это было делом престижа, для Елизаветы Петровны — необходимостью, а для Екатерины II — мощным политическим инструментом. Но путь к созданию русского фарфора оказался тернист: неудачные опыты на фаянсовой фабрике купца Гребенщикова, многолетние безуспешные попытки приглашенных европейских «арканистов» (так называли хранителей секрета фарфора) и грандиозная по тем временам сумма в 6 000 рублей, уплаченная швейцарцу Гунгеру за пять лет бесплодной работы. Казалось, тайна фарфора для России так и останется недосягаемой. Все изменилось, когда к делу приступил русский гений. Его звали Дмитрий Иванович Виноградов, и именно ему принадлежит заслуга изобретения отечественного фарфора. Гений Виноградова: первый рецепт и первая марка
Михаил Милютин — один из наиболее даровитых учеников Симона Ушакова. Родился в семье священника, в 1670 году поступил к Ушакову, который дал ему лестную характеристику: «ученик его Мишка иконное художество пишет святых лиц воображение лучше его прежняго ученика Василья».

Манера Милютина соединяет традиционную греческую композицию с «живоподобными» приёмами: мягкую округлость форм, тонкую светотеневую моделировку. Для его колорита характерна повышенная декоративность золотых поверхностей с вкраплениями яркого зелёного цвета.

Выполнял многочисленные заказы для царской семьи: писал иконы в хоромы царицы Натальи Кирилловны, царевича Фёдора Алексеевича, царевен Софии и Екатерины. Участвовал в реставрации Верхоспасского собора (1676), работал в Петровском монастыре вместе с Тихоном Филатьевым (1688). Среди сохранившихся работ: икона «Иоанн Предтеча» (1680-е, ГИМ), «Св. Федор Стратилат и вмц. Агафья» (1681, ГИМ), «Распятие Господне» в Архангельский собор (1683). В 1690 году уволен из Оружейной палаты по сокращению штатов

1. Икона «Распятие Господне» (около 1681−1682) Одна из наиболее значительных работ, происходящая из церкви Распятия «при царских теремах» Московского Кремля. Икона была создана для царя Федора Алексеевича, о чём свидетельствует надпись в верхней части, содержащая литургический текст и молитву о государе. Отличается сложной иконографией: к традиционной сцене Распятия добавлены медальоны с апостолами, евангелистами и святыми. В основе композиции лежит идея неразрывной связи Страстей и Воскресения Христа .
Мечта о собственном «белом золоте» владела умами европейских монархов. Для Петра I это было делом престижа, для Елизаветы Петровны — необходимостью, а для Екатерины II — мощным политическим инструментом. Но путь к созданию русского фарфора оказался тернист: неудачные опыты на фаянсовой фабрике купца Гребенщикова, многолетние безуспешные попытки приглашенных европейских «арканистов» (так называли хранителей секрета фарфора) и грандиозная по тем временам сумма в 6 000 рублей, уплаченная швейцарцу Гунгеру за пять лет бесплодной работы. Казалось, тайна фарфора для России так и останется недосягаемой. Все изменилось, когда к делу приступил русский гений. Его звали Дмитрий Иванович Виноградов, и именно ему принадлежит заслуга изобретения отечественного фарфора. Гений Виноградова: первый рецепт и первая марка
2. Икона «Иоанн Предтеча» (1680-е годы) В этой иконе сочетаются традиционная греческая композиция деисуса с «живоподобными» приёмами: мягкая округлость форм, тонкая разработка теней, моделирующая объём. Для Милютина характерна любовь к декоративным золотым поверхностям с вкраплениями яркого зелёного цвета
Мечта о собственном «белом золоте» владела умами европейских монархов. Для Петра I это было делом престижа, для Елизаветы Петровны — необходимостью, а для Екатерины II — мощным политическим инструментом. Но путь к созданию русского фарфора оказался тернист: неудачные опыты на фаянсовой фабрике купца Гребенщикова, многолетние безуспешные попытки приглашенных европейских «арканистов» (так называли хранителей секрета фарфора) и грандиозная по тем временам сумма в 6 000 рублей, уплаченная швейцарцу Гунгеру за пять лет бесплодной работы. Казалось, тайна фарфора для России так и останется недосягаемой. Все изменилось, когда к делу приступил русский гений. Его звали Дмитрий Иванович Виноградов, и именно ему принадлежит заслуга изобретения отечественного фарфора. Гений Виноградова: первый рецепт и первая марка
Как отличить подлинную икону Оружейной палаты

На антикварном рынке иконы мастеров Оружейной палаты ценятся высоко. Но и подделок существует немало. Вот основные маркеры подлинности.

«Живоподобное» письмо. Лики святых имеют объём, мягкие светотеневые переходы. Складки одежд выписаны детально, фоновые элементы напоминают западноевропейские гравюры.

Авторские подписи. Наличие подписей, в которых обыкновенно содержатся сведения о мастере, дате создания иконы, иногда о заказчике, делавшихся, как правило, иконописцами собственноручно, снимает многие вопросы атрибуции памятников. На иконе «Христос Вседержитель» Симона Ушакова есть надпись, содержащая имя мастера, дату и имя заказчика. Однако не все работы подписаны, и атрибуция часто основывается на стилистическом сходстве.

Материалы. Иконы писались на деревянных досках с использованием левкаса (грунта) и темперы. Качество материалов было высоким, так как мастера работали по царским заказам.

Провенанс. Важным маркером является происхождение иконы. Если она происходит из кремлёвских храмов, царских дворцов или известных монастырских собраний, это повышает её ценность и подтверждает подлинность.

Иконы мастеров Оружейной палаты — это особая страница в истории русского искусства. Они сочетают вековые каноны с новаторскими приёмами, традиционную духовность с «живоподобной» выразительностью. Эти иконы не только имеют высокую художественную ценность, но и являются важными историческими документами, запечатлевшими переломную эпоху в русской культуре.

Если вы являетесь владельцем старинной иконы или подозреваете, что семейная реликвия может быть связана с мастерами Оружейной палаты, требуется профессиональная атрибуция. Только экспертиза, основанная на изучении живописной манеры, материалов, клейм и провенанса, определит подлинную стоимость предмета.

Компания «КАНОН» более 20 лет занимается оценкой икон в Москве, Санкт-Петербурге и по всей России. Наши эксперты проведут профессиональную атрибуцию икон, помогут определить их подлинность и рыночную стоимость. Мы осуществляем скупку антиквариата и предлагаем честную оценку на основе реальной коллекционной стоимости. Доверьте оценку вашего наследия профессионалам.

Оценить антиквариат

Заполните форму онлайн и мы быстро ответим вам на запрос.
или
Напишите нам
Telegram
Mail
WhatsApp